cantadora_09: (Default)

Эту очаровательную историю я начала читать с опаской и некоторой скептической осторожностью, но уже на второй или третьей странице влюбилась в нее без памяти.

Она похожа на «Понедельник начинается в субботу» братьев Стругацких, и все-таки неуловимо отличается. Сюжетный типаж тот же: добрая и озорная магическая организация, разгильдяи-волшебники и чистая, чистая вода сказки, которая окатывает тебя с порога, и ты не можешь, не хочешь сопротивляться этому. Ты только хочешь еще.

Кстати, как и «Понедельник…», эта книга – точный камертон времени. Дело даже не в специфических словечках, не в бытовых деталях и колоритных персонажах. Дело в самом языке, которым и в котором это рассказано. Это язык человека, который всегда смотрит по сторонам. Он умеет говорить по телефону и жевать булочку, рассуждать о философии Канта и тормозить машину на углу, в одной руке держать кофе из уличного автомата, а в другой – изысканное творение лучшей кофейни города. О, между прочим, – обязательно, обязательно уделите внимание тому, как один из героев книги Костя Цианид делал мучительный выбор по поводу офисного кофе!.. Получите наслаждение. Гарантирую.

В этой истории есть место всему – и музыке, и магии, и шаржу, и политике, и будням воинов-полиграфистов, и чистым искренним душам, у которых существует два режима ярости – активный и пассивный, и талантливым привидениям, и профессиональным убийцам, и совершенно уникальному, нежному, радостному чувству юмора.

Знаете, как я узнаю хорошую историю? Ее можно рассказать у костра. Тихим голосом, угадывая интонации всех героев и разыгрывая их в своем внутреннем театре, делясь каждым словом и новым поворотом сюжета как личной находкой, ценной ракушкой, встреченной на берегу вдохновения.

"Тринадцатую редакцию" Ольги Лукас я читаю именно так. Чего и вам желаю.

cantadora_09: (Default)

В далеком-далеком лесу стоял большой пень. Был этот пень настолько большой, что вполне мог сойти за приличное плато, тем более, что за долгие годы, что он был пнем, он успел зарасти сочной травой и приобрести множество друзей.

Среди таких друзей были и старушки-хохотушки.

Раз в год, теплой осенью, они приходили на пень и смеялись. Смеялись они долго, смачно и весело, и из их смеха рождались утро, день и вечер; лопалась шкурка суток, и из нее черничным соком вытекала ночь. Иногда смех старушек застывал в мягком свете осени, в ее сыроватом воздухе, густея, словно янтарь, превращаясь в золотистые катышки. Старушки нанизывали эти катышки на белую, пахнущую свежевыстиранным бельем и весельем, веревку и раскрашивали красной краской... или томатным соком - они не раскрывают секрет.

Очутившись вместе на одной ниточке, смешливые шарики начинают мелко подрагивать, беззвучно хихикать и пританцовывать. Звук от их танца - шелест травы, стук деревянных четок, шуршание ожерелья на шее юной девушки, а может, и самой Хозяйки Леса.

А старушки знай себе смеются, почесывая пятки о дружелюбный мох пня. И прядут, и тянут, и нанизывают, поддерживая, раскрашивая, воспитывая новые смешинки. И лукаво улыбаются. Готовь сани летом, а тепло - осенью. Согреет зимой.




cantadora_09: (Default)

Оле-Лукойе, бывает, говорит по-английски

 

- Как ты думаешь, из чего появляется снег?

- Из воды...

- Вот именно.

 Вымышленный диалог

 

- Кто такой Слонопотам? Идет ли он на свист? И если идет, то з а ч е м?

 А.А. Милн, "Винни-Пух и все-все-все"

 

Любите ли Вы рассказывать истории? А слушать? Ну, те самые, от которых останавливается дыхание, и в ушах, - перекрывая все мысли и задавливая чувство голода и желание поспать (три часа ночи - не шутка), - позвякивает одно только "еще, еще, еще..."? Я - просто обожаю.

Их не так уж много, таких историй. Как и тех, кто умеет на них охотиться. Так-так, я не оговорилась. С такими бестиями не забалуешь. Это Вам не тихая, скромная бытовая повесть или ленивая, откормленная и безнадежно одомашненная семейная сага. С теми проблем нет - покажи чистый лист, и они - прыг! - уже Ваши. Эти же дики и строптивы, непостоянны, хищны и обитают в глубоких слоях нашего с Вами личного мезозоя.

Лукавые маги

Хотите верьте, хотите нет, но лучшие охотники на истории живут в туманном Альбионе. Почему так? Никто не знает, но видимо, есть у этих островных жителей какие-то особые дар и нюх, которых лишены мы, обитатели континента. Магическая способность извлекать из реальности то, что видно только при внимательном взгляде.

Потомки кельто-ирландских колдунов, для вида притворяющиеся респектабельными денди постиндустриального века, нет-нет да и выскажутся - вроде между прочим... То тихий профессор математики расскажет (приватно) сказку навыворот, а то, понимаешь, безработная учительница волшебную историю на салфетке нацарапает... Последствия бывают непредсказуемы.

В этот раз вышло то же.

Мальчик, которому снились боги

Ну, знаете, как это бывает. Приличное (по человеческим меркам) количество лет назад в британском Портсмуте родился мальчик по имени Нил Гейман. Мальчик, который обожал рассказывать. Виной ли тому было море, всегда, сколько он себя помнил, мерно и немного насмешливо шумевшее где-то неподалеку, или причудливые сны, украдкой выходившие по ночам из викторианских зданий, одетые строго и торжественно, словно на прием к королеве... Никто не знает. Думается, и для него самого это - загадка. Просто с юного возраста истории говорили с ним на своем языке.

И конечно, в его жизни были журналистика, первые опыты "лова", и не всегда удачные. Публика узнала и полюбила его как автора графического романа "Sandman",  неожиданно возродившего читательский интерес к жанру комикса. Рисованные герои и их похождения были описаны точно и тонко, желание узнать продолжение истории мчалось впереди текста, и имя этому могло быть только одно: бестселлер.

Пройдет совсем немного времени, и появятся "Добрые предзнаменования", роман, написанный в соавторстве с монстром юмористического фэнтези Терри Пратчеттом, затем роман-сказка "Звездная пыль", и - как некий апофеоз - "Американские боги".

За свои творения Нил Гейман награжден бесчисленным количеством премий, но не это главное. Важнее то, как и из чего рождаются его истории, происходящие на грани реальности и безумия.

Обложка, быстро пролистанные выходные данные - и я погружаюсь в текст, который пахнет, который струится, который поднимается дымом вверх, текст, который можно не только читать и слышать, но и смотреть. Текст, что пришел пешком от того костра, у которого был рассказан впервые. Дай ему поесть, усади в кресло рядом с собой, подожди, пока он отдышится и придет в себя... И пусть нам будет страшно, - тем лучше, ведь это заставит нас непроизвольно прижаться друг к другу и вскрикнув от неожиданного шороха, повернуться и - увидеть друг друга совершенно новыми глазами.

Я бы не сказала, что Нил Гейман - писатель. Такие писателями не бывают. Это скорее такой тип человека, который, подобно аватару Оле-Лукойе, ходит по дворам, подслушивает чужие сны, а потом коварно подбрасывает самому же сновидцу на подоконник. Посмотри, мол. Может, чего найдешь. Забавно же, правда?

И правда, забавно. Нескладно, странно, порой глупо, несуразно и даже зло, но всегда - забавно и всегда о нас. Так о нас, как могут писать, говорить, рассказывать только англичане, в неподражаемом стиле ("Темза, сэр!") сообщающие о наших внутренних наводнениях.

Я начала читать Нила Геймана, когда река моей души переживала Великую Сушь. Пройдя вместе с ним несколько километров по твердому и сухому дну, обернутая в мощь его показного цинизма и неудержимой нежности, я понемногу начала верить - тихо, втайне от самой себя, - что вода придет. И пусть я двадцать раз буду пробовать измерить ее химический состав и описать чудовищ и ангелов, которые придут вместе с возродившимся телом реки, это все равно мне не поможет. Только пить, только жить, только видеть. И весело перечитывать страшные сказки, в которых столько любви.








Profile

cantadora_09: (Default)
cantadora_09

March 2014

S M T W T F S
      1
234 567 8
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 12:09 am
Powered by Dreamwidth Studios